Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)

Что скажет дедушка


Однажды я, мама и папа пришли в гости к бабушке и дедушке.
— А у нас пирог, — заявила бабушка, — угадайте, с чем?
— С малиной! — воскликнула мама.
— С ягодно-фруктовой смесью, — многозначительно сказал папа.
— С ап... — стал подсказывать дедушка.
— С апельсином! — догадался я.
— С черникой! — засмеялся дедушка.
Мы сели пить чай. Пирог оказался невероятно вкусным.
— Пальчики оближешь! — воскликнула мама.
— Ум отъешь, — многозначительно сказал папа.
— Ап... — начал дедушка.
— Аппетитно! — догадался я.
— Невозможно оторваться! — засмеялся дедушка.
И вот сидим мы, пьём чай с пирогом. И тут вдруг отключили свет.
— Ого, как темно, — удивилась бабушка.
— Хоть глаз выколи! — воскликнула мама.
— Ни зги не видно, — многозначительно сказал папа.
— Как в а.. — начал дедушка.
— Как в Арктике зимней ночью! — догадался я.
— Как в брюхе у кашалота! — засмеялся дедушка.
— Что же произошло? — спросила бабушка, — что делать?
— Обрыв на линии, — предположила мама, — давайте включим фонарики.
— Аварийно-техническое отключение электричества, — многозначительно сказал папа, — телефоны включим, там встроенные фонарики есть.
— А... — начал дедушка.
— Автомат вылетел? — догадался я.
— Просто лампочка перегорела! Давайте её заменим, — засмеялся дедушка.
Папа заменил лампочку. Снова светло стало. И тут все посмотрели на меня.
— Ой! — удивилась бабушка, — что это у тебя под глазом? Синяк?
— Фингал? — испугалась мама.
— Гематома? — многозначительно сказал папа.
— Ап... — начал дедушка.
— Абсцесс!? — ужаснулся папа.
— Ап... Апчхи! — наконец-то чихнул дедушка, — умылся бы ты что ли.
Правильно! Он сразу догадался, что это я в темноте черникой перепачкался. А чихнул дедушка так, что бабушка подпрыгнула, а мама выронила ложку.
— Заболел? — испугалась бабушка.
— Простудился? — спросила мама.
— Аллергия? — многозначительно сказал папа.
— Просто щекотинка в нос попала, она же смешинка, — ответил дедушка и засмеялся.

(no subject)

Перед самым Новым годом Маша твёрдо решила, что на этот раз загадывать желание она не будет. Почему? Да потому, что всё это ерунда! Детский сад! Чудес не бывает! Каждый год одно и тоже: загадываешь, а оно не сбывается! Маша посмотрела на ёлку, поправила гирлянду, перевесила игрушки. Красиво-то как! Не просто красиво, сказочно! Ей почему-то подумалось: "А может всё же загадать его, это желание? Это всё, конечно, ерунда, детский сад, чудес не бывает, ещё ни разу не сбывалось... Но всё же... Всё же... А вдруг... А вдруг оно сбудется? Так, надо загадать в самую последнюю минуту, ни раньше, ни позже, успеть до последнего удара часов". Да, она успела, загадала его, то самое, заветное. И тут же в коридоре что-то прошуршало, кто-то пробежал по коридору, стукнул чем-то и исчез. Но там же никого нет! "Чудеса какие-то", - подумала Маша. От неожиданности она вздрогнула, задела рукой за стоящий на столе бокал. Он упал и со звоном разбился. В голове стукнуло: ну теперь-то точно сбудется! Наутро в шкафу в коридоре нашли упавшее с вешалки пальто. И всего-то лишь? Неужели всё так просто? А желание... А желание-то сбылось!

Дело было в ноябре

Стояла пасмурная ноябрьская ночь. Осень сидела на скамейке в парке и зевала. Уж такую она сырость и слякоть развела, что самой тошно стало. Зевала она, зевала да так и уснула. Только уснула Осень, Зима проснулась. Выбралась Зима со дна ледяного ручья, где ещё c весенней поры спала-пряталась, огляделась вокруг:
― Ой, время-то ещё осеннее, что-то раненько я проснулась. А слякоть-то какая! Прибраться бы хоть немного.
Заметила Зима, что Осень спит и решила:
― Приберусь-ка, похозяйничаю маленько пока она спит. Приведу-ка всё в порядок.
И принялась за дело: заморозила лужи, развесила сосульки на крышах, снежка набросала, деревья инеем посыпала. Всю ночь хлопотала-трудилась, а под утро спохватилась:
― Вот проснётся Осень, попросит Солнышко светить по-тёплому, по-осеннему. Что ж я делать-то буду?
Испугалась Зима, убежала в дальний овраг прятаться, забралась там на самое дно, под корягу, свернулась калачиком и снова задремала.
Утро настало. Вышло ясное Солнышко и не знает, как ему быть, что делать. Время-то вроде бы осеннее, а убрано всё по-зимнему, снег лежит кругом. Как же ему светить-то: по-осеннему, или по-зимнему?
Видит Солнышко — Осень спит. Но и Зима тоже спит.
Стало Солнышко Осень будить:
― Просыпайся, Осень милая, вставай хорошая.
Спит Осень, не слышит Солнышка. Стало Солнышко Зиму будить:
― Просыпайся, Зима-красавица, вставай хозяюшка.
Спит Зима, не слышит Солнышка. Стало Солнышко громче кликать-звать:
― Ну проснитесь же кто-нибудь!
Тут неожиданно Весна проснулась, выглянула из-за облака и спрашивает:
― Кто это меня будит раньше сроку-времени?
― Это я, я тебя бужу, ― говорит Солнышко, ― уж не знаю, как мне и светить-то теперь.
― А знаешь что, ― отвечает Весна, ― а свети-ка ты по-тёплому, по-весеннему!
Обрадовалось Солнышко и засветило тепло да ласково. Тут же закапали сосульки, побежали весенние ручейки, воробьи зачирикали, радостно затренькали синички.
Ближе к полудню вдруг Осень проснулась:
― Это ещё что за безобразие? Моё время пока ещё, осеннее!
Набежали тут тучи, закрапал мелкий осенний дождик.
Всё это время сидело за тучей Лето Красное. Оказывается, оно тоже давно проснулось, только виду не подавало, а просто наблюдало за всем происходящим.
«Эх, все сегодня что-то делают, я тоже хочу», ― подумало Лето. И тут вдруг раз ― и расцвёл на газоне маленький цветочек.
― Стой, куда ты? ― испугалось Солнышко, ― Зима на носу, заморозит. А Осень дождями зальёт!
А цветочек постоял-постоял, сложил листики и ушёл под землю:
― Посижу-ка, подожду пока они разберутся.
Сидел он себе под землёй и ждал, когда же наступит настоящее тёплое лето. И не страшны ему были ни дожди осенние, ни снега, холода зимние, ни ледяные весенние ручьи. Он просто сидел в тепле и уюте и ждал своего часу-времени.

Страшная история

Деревня. Вечер. Откуда лучше всего видно закат? Ну конечно! Надо выйти из деревни, пройти мимо деревенского кладбища, выйти в поле и дойти до самой его середины. Здесь, на возвышенности, лучше всего видно. Дошла. Успела. Вот он, закат! Вот золотистое солнце уходит в розовые тучи. Вот оно медленно исчезает, темнеют тучи, тянутся по небу золотисто-розовые полосы. Вот уже и солнца нет, розовые полосы превращаются в серые. Темнеет. Сгущается сумрак. Вот уже и совсем темно. Ни луны, ни звёзд, ни единого фонаря. Уже давно пора было бы вернуться. Иду назад. Вот и поле позади. Осталось пройти мимо кладбища, а там уж и деревня рядом. Здесь, у кладбища, ещё темнее. С трудом различаю тропинку. Чернеют в темноте силуэты кладбищенских деревьев. Становится как-то не по себе. Невольно ускоряю шаг. И вдруг слышу сзади чьи-то шаги. Оглядываюсь: нет никого. Почудилось? Иду и прислушиваюсь. Нет, точно чьи-то шаги, да ещё и чьё-то прерывистое дыхание! Останавливаюсь, оглядываюсь. Никого! Кто здесь? Тишина. Быстрее, иду как можно быстрее. Кто-то позади меня тоже идёт быстрее. Он приближается. Вот он уже совсем рядом. Что-то касается моей ноги. Вскрикиваю, срываюсь на бег. Что-то мокрое и холодное дотрагивается до руки. Внутри холодеет. Не оглядываясь несусь в деревню. Кто-то или что-то хватает меня за штанину и тащит назад. Замираю. Кричать уже нет сил, но откуда-то берутся силы посмотреть назад. Снова никого не вижу! Рука натыкается на что-то тёплое и пушистое. Всматриваюсь в темноту. Оттуда смотрят на меня два горящих глаза. Кто-то отпускает штанину и снова тычется чем-то мокрым и холодным в ладонь. Постепенно начинаю различать нос, уши, морду. О, боже мой! Ах ты, шкодливый соседский пёс! Абсолютно чёрный. В темноте его и не видно совсем! Тот самый пёс, которому обычно не рад никто. Тот, который может утащить всё, что угодно. Тот, от которого надо закрывать калитки и прятать обувь. Тот, который любит поваляться в цветах на клумбе или поноситься по грядках с луком, с удовольствием выдёргивая луковицы. Тот, которого гоняют все. Но сейчас, сейчас... Как я тебе рада, пёс! Глажу, треплю за ухо. Я уже готова расцеловать эту хитрую морду, этот холодный мокрый нос! Ну что, дружище, пойдём до деревни вместе? Вдвоём не так страшно будет.