Tags: школьная история

(no subject)

Однажды на уроке физкультуры


Однажды на уроке физкультуры мы занимались в парке. Сначала у нас была разминка. А потом Александр Николаевич сказал:
— Теперь будем бегать. Делаем круг по парку и возвращаемся в школу. Каждый бежит так, как ему нравится, хочет быстро, а хочет — медленно. В своём ритме, как угодно.
— А трусцой можно? — спросил Коля.
— Можно.
— А галопом?
— Да пожалуйста.
— А рысью? — не унимался Коля.
— Да хоть зайцем! — засмеялся Александр Николаевич.
— А зайцем, это как? — растерялся Коля, — подпрыгивая??
Александр Николаевич задумался:
— Нет, — говорит, — подпрыгивая — это уже лягушкой получается. А зайцем — это мечась из стороны в сторону и запутывая след.
Весело нам стало.
— А медведем можно? — выкрикнул Дима.
— Косолапя что ли? Отчего ж нельзя?
— А гусем? — спросил я.
— Вытягивая шею на ходу? Конечно!
— А ежом? — захохотал Рома.
— Споткнувшись, упав и катясь клубком? Пожалуйста!
Мы все тоже захохотали и стали выкрикивать:
— А белкой? А лисой? А волком? А лосем??
— Как угодно, хоть коровой, — ответил Александр Николаевич, — только не бешеной.
— А бешеной коровой, это как? — завопили все.
— Это напролом через кусты! Ладно, теперь о серьёзном, — Александр Николаевич поднял руку, требуя внимания, — бежим к озёрам по липовой аллее, по берёзовой возвращаемся обратно и направляемся в школу.
— А козёром это как? — неожиданно спросил Коля.
Итак смешно было, а стало ещё смешнее.
Александр Николаевич немного подумал и говорит:
— Есть такой зверь — козёр. Это что-то среднее между орлом и козлом. Животное очень редкое и скрытное. Его мало кто видел. Славится своим способом передвижения: бегает по принципу, как хочу, так и бегу.
И мы побежали козёром. По принципу, как кому вздумается. То есть, кто во что горазд, вернее, кто в кого горазд. И лягушкой, и страусом, и зайцем, и верблюдом, и медведем, и крокодилом. Коля даже кабаном умудрился. А в целом, табуном получилось.

(no subject)

Так


Наш учитель рисования, Семён Семёнович, любит повторять слово "так". Это у него привычка такая. Заходит, например, Семён Семёнович в класс и говорит:
— Так, ребята, здравствуйте. Так, ребята, садитесь. Так, начинаем рисовать.
И на уроке тоже:
— Так... Посмотрите на доску. Так... возьмите карандаши. Так, у всех ластики есть?
Нравится нам Семён Семёнович. Учитель он хороший. И никто не обратил бы на его привычку никакого внимания, если бы не один случай.
Сидим мы как-то раз на уроке, рисуем. Вдруг Коля меня со своей задней парты в спину толкает. Я к нему поворачиваюсь, а он шепчет:
— Слушай, что сейчас будет. Тик!
А Семён Семёнович сразу:
— Так! Ребята, не отвлекайтесь.
Смешно мне стало. А тут ещё Коля сзади фыркает. А от этого ещё смешнее! Наклонился я к Алине, моей соседке по парте, и тихонечко ей на ухо:
— Слушай, что сейчас будет. Тик!
А Семён Семёнович тут же:
— Так! — и давай про пейзажи рассказывать.
Смотрю — у Алины глаза округлились, косички задёргались. Рот она руками зажала, чтобы не рассмеяться. Я и сам удержаться не могу. Трясусь весь, за живот схватился. Другие ребята к нам оборачиваться стали. А мы им тихонько:
— Тик!
А Семён Семёнович знай своё:
— Так!..
И пошло у нас по рядам. Вскоре весь класс уже сидит, от смеха давится. Я, главное, старюсь не думать про тик, а оно само думается. Только я про себя:
— Тик!
А Семён Семёнович вслух:
— Так!
Чувствую, всё. Не могу больше. Лопну сейчас. Какое-то хрюканье издаю. Тут Коля не выдержал. Как взвизгнет, чуть со стула не свалился! Мы все тоже не выдержали. Как захохочем только!
— Так! Что за безобразие? — возмущается Семён Семёнович.
А мы пуще хохочем. Остановиться не можем. Аж на парты повалились.
Семён Семёнович никак понять не может: почему все смеются? Огляделся, на доску посмотрел. Всё вроде в порядке.
— Так! Коля! Кастрюлькин! Что не так, говори.
— Да всё так, — отвечает Коля, — то есть тик. Ой!
— Та-а-а-к! — начал Семён Семёнович.
Тут на наше счастье звонок прозвенел. Мы пулей из класса выскочили. А Семён Семёновича с тех пор прозвали Тик Таковичем. Хотя слово "так" он стал произносить гораздо реже.

(no subject)

Загадка


Как-то раз Вера Павловна задала нам придумать или найти какую-нибудь загадку. На следующий день на уроке чтения мы эти загадки загадывали и всем классом их отгадывали. Быстро у нас дело шло. Кто бы что не загадал, тут же это и разгадывали. Я-то думал, сложную загадку нашёл, ни за что ребята не догадаются: один глаз, один рог. Что это? А они сразу закричали:
— Знаем, знаем. Это корова из-за угла выглядывает.
Даже Петину загадку отгадали: шесть ног, две руки, две головы, два тела и один хвост. Это всадник на коне оказался.
А потом Вера Павловна спросила Колю, у него какая загадка. Коля и говорит:
— Вечером закрывается, утром открывается. На "ж" начинается.
Стали мы думать, что бы это могло быть? Думали-думали, ничего придумать не можем.
— Одуванчик? —догадалась Катя. — Он вечером закрывается, когда темно. А утром, когда светло, открывается.
— Разве одуванчик на "ж" начинается? — засмеялся Коля.
— А это... жёлтый одуванчик!
— Никакой это не одуванчик.
— Может это какая-нибудь коробочка? — спросил Дима, — её открывать и закрывать можно.
— Говорю же, на "ж".
— Так она железная!
— Нет, не коробочка.
— Это жбан, — сказал я.
— Какой такой жбан? Это ещё что такое?
— Это такой кувшин. С чем-нибудь, например с молоком. Стоит жбан в холодильнике. Утром его из холодильника достают, открывают, чтобы молока попить, а вечером закрывают и обратно в холодильник ставят.
— Ага, — хмыкнул Коля, — и за день молоко скисает. Нет, не жбан это.
Стали мы тогда всё подряд выкрикивать:
— Жук! Жёлудь! Железка! Жаба!
— Какая жаба, — хохочет Коля, — как она может открываться и закрываться?
— Ну, — развела руками Вера Павловна, — сложная у тебя загадка. Никак не отгадаем. Дай подсказку какую-нибудь.
— Если я подсказку дам, вы сразу догадаетесь.
— А так мы век гадать будем!
— Хорошо, — согласился Коля. — На окне висит.
Я сразу и догадался.
— Жалюзи! — закричал. — Жалюзи! Всё сходится. На "ж" начинаются. Вечером их закрывают, чтобы уютнее спать было. А утром, когда просыпаются, открывают.
Коля посмотрел хитро и говорит:
— Не-а, не жалюзи. Почти отгадал, но не они.
— Как это почти?
— А вот так!
Стали мы дальше думать. Думали-думали, всю голову сломали. Наконец, Вера Павловна сказала:
— Всё, Коля. Сдаёмся. Не знаем, что это.
И тогда Коля заявляет гордо:
— Это жанавеска!!
Мы все со смеху чуть не рухнули. А Вера Павловна больше всех смеялась:
— Неужели, Коля, ты не знаешь, что занавеска через "з" пишется?
И всё равно она ему пятёрку поставила, за "нестандартную загадку".

(no subject)

Задача


Однажды мы проходили умножение. Мне так понравилось! Я как-то сразу всё понял и очень быстро выучил таблицу умножения. Дома я хвастался: как же здорово я всё понял и как быстро всё выучил. А потом у нас была контрольная. И тут я понял, что я совсем ничего не понял.
А всё потому, что мне досталась задача: сколько ног у двух медведей? Я задумался, ноги у медведя — это его задние лапы? Или все четыре лапы — это ноги? Или у медведей совсем нет ног, а только лапы? Я застрял на задаче и прямо-таки не знал, что делать.
У Алины, моей соседки по парте, была такая же задача, только про цыплят: сколько ног у двух цыплят. Алина сидела, морщила лоб и думала. Наконец в ответе она написала: "0. У цыплят нет ног, у них лапы". Мне показалось, что это неправильно. Мы же умножение проходим, а не какие-то детсадовские загадки отгадываем. Я вспомнил, что видел медведей, ходящих на задних лапах (или ногах?) в цирке. Да, но в лесу-то они на всех четырёх ходят! Поэтому я умножил 4 на 2 и написал в ответе 8. Тут прозвенел звонок и пришлось сдавать контрольную. Остальные задания я даже посмотреть не успел.
Мне поставили двойку. Алина тоже получила двойку. Оказалось, что у медведей две ноги, и у цыплят тоже две ноги. А самая умная девочка в нашем классе, Маша Круглова, получила пятёрку. На вопрос, сколько ног у двух ежей, она ответила 4. Я представил себе двух ежей, идущих на двух ногах и подумал, что такого я даже в цирке не видел. Нет, что-то тут не так. Сложное оно, это умножение, что-то я в нём не понимаю.

(no subject)

Сочинение


Однажды мы писали сочинение про осень. Я написал: "Осень — чудесное время года". А дальше я не знал, что писать. Я сидел и смотрел в окно. А за окном была осень. Шёл дождь, было сыро и слякотно. Я подумал: "Почему-то осенью всегда бывает дождь". И написал: "Сначала идёт дождь и начинается грязь". А потом я снова не знал, что писать. Я старался думать про осень, а думалось мне про лето. Как же жаль, что оно так быстро закончилось! Тут мне пришло в голову, что скоро и осень закончится. Сразу станет холодно, и мы будем играть в снежки и кататься с горки. И тогда я продолжил: "А потом сразу идёт снег". Оставшиеся пол-урока я размышлял, что бы ещё написать. Думал, думал и вдруг вспомнил про листопад. Поэтому я добавил: "А в промежутке идёт листопад. Какая красота!" Тут прозвенел звонок и нужно было сдавать сочинение.
Вера Павловна мне ничего не поставила. Она сказала, что моё сочинение нужно переписать. Во-первых, оно очень короткое. А во-вторых, в нём совершенно не раскрыта тема осени. А по-моему, она очень даже раскрыта. Но сочинение я всё же переписал. Но это уже другая история.